23:35 

Будапешт

ishvaria
Жизнь это мороженное. Наслаждайся - пока не растаяло... // Желание в одной руке, дело - в другой; сожми их вместе и посмотри - сошлось ли...
И меня это не миновало. Будапешт - моя версия развития событий.

Автор: ishvaria
Фэндом: Мстители / The Avengers (2012)
Название: Будапешт
Персонажи/Пейринг: Клинт Бартон (Соколиный Глаз)/Наташа Романова (Черная Вдова)
Рейтинг: R, местами NC-17
Жанры: Ангст, Драма, POV
Размер: Миди
Дисклеймер: Все мимо
Статус: закончен
Примечание автора
“The closest thing I could really link to was Scarlett [Johansson’s] character, Black Widow, because they have a history. And that definitely plays in the movie, I think. And obviously, you can’t go into too much just because there’s so much story to tell, but you definitely get a sense that they’re connected, and that there’s something really, really important that ties them together.”
Jeremy Renner






Глава 1

***
- Так – что было – в Будапеште? – Тони насытился, и теперь искал развлечений. Соцопрос на тему «Инициатива «Мстители». Вы – за или против?» ожидаемого увеселения не принес, потому – он принялся за «не–раз –лучников». Бартон делает вид, что – не расслышал его, Наташа – пытается уничтожить взглядом, самодовольная усмешка скользит по его лицу, - Но вы же в курсе, что нам по комлинку все было слышно, да?
- Твои вопли, когда Тор вызвал молнии – донеслись до всех, - неожиданно фыркает Клинт, все также головы не поднимая.
- Так вот что это было! – Стив, ухмыляясь, откидывается на спинку стула, - А я думал – где-то кошке хвост прищемили.
- Большая честь, что Человек из железа сложил обо мне балладу, - бог-громовержец горделиво расправляет заляпяный шаурмой плащ, - чтобы воспеть мои подвиги. У нас в Асгарде менестрели сочиняют баллады после каждой битвы, - он чуть голову склонил в сторону сконфуженного Тони, - Благодарю тебя, Человек из железа.
- Да я…, это… - пока тот что-то мямлит, пытаясь правдоподобное объяснение подыскать, все безудержно смеются, - нет – серьезно, я вовсе не… Брюс, неловко сняв очки, вполголоса поправляет, - Согласитесь с его версией, мистер Старк. Тони чуть нервно на него косится и кивает, - Мне просто неловко принимать благодарность – за то, что шло от сердца, - явно в себя придя, он с удовольствием потирает руки, глядя то на Бартона, то на Наташу, - Ну, так что случилось в Будапеште, мальчики и девочки? Молчание темным облаком повисает над столом, - Нет, я так не играю, - Старк нажимает несколько кнопок на часах, - Как вы думаете, агент Романофф, у нас с Джарвисом получится еще раз взломать архивы вашего агентства?
Мгновенный обмен взглядами с Бартоном и Наташа пожимает плечами, - Вы на многое способны, мистер Старк, вы нам не раз это сегодня доказали. Действуйте.

Отчет, классифицируемый как «особо секретный» в архивах агентства Щ.И.Т. под кодовым наименованием «Будапешт», ничего особенного в себе не содержит. Длинный и подробный, где шаг за шагом описаны действия агентов Бартона и Романофф по изъятию информации и эвакуации засекреченного источника военного блока Венгрии. Операция внедрения была провалена, прикрытие агента Романофф нарушено, что повлекло за собой угрозу жизни обоих агентов и невозможность эвакуации источника. После нескольких неудачных попыток наладить связь с агентами, была послана специализированная группа зачистки, которой удалось благополучно вернуть агентов назад. Отчет и приложенные к нему документы признаны удовлетворительными и сданы в архив, с неограниченным сроком хранения и невозможностью разглашения, конфискации или ликвидации по каким-либо причинам

- Ясно, - Тони демонстративно отключает связь с Джарвисом, - Мы в отчете ничего интересного не найдем – стандартная процедура.
- Но, - Наташа плечами пожимает, стараясь с Клинтом глазами не встречаться, - это, действительно, так. Ничего необычного в Будапеште НЕ случилось. Все было – как всегда…
- Дай угадаю, - ехидно перебивает Тони, - Ты сидел где-то на дереве, постреливая из своего лука, а Наташа бегала вокруг в своем весьма соблазнительном костюме, избивая и убивая всяких нехороших людей.
- Ну – как-то так, - подтверждает она, вновь пересекшись с резким взглядом Бартона, Тони возмущенно хлопает ладонью по столу, - Прекратите! Вы с вашей этой игрой в «гляделки» нас всех достали! Мы могли бы поверить, агент Романофф, что все было именно так. Однако, в ответ на ваше «…очень похоже на то, что мы пережили в Будапеште…», наш Леголас не откликнулся - «…слушай, точно, как я сразу и не сообразил…», - он очень удачно сымитировал Бартона. - Он сказал - «…мы помним его по-разному…».

POV Наташа
Закат заливает город пронзительным желтым светом, это напоминает мне далекое детство – только дома, в стране, которой больше нет, в городе, сменившем имя, над бесконечной рекой, бывали такие закаты.
- Что высматривает моя женушка? – его руки, крупные и надежные руки лучника, ложатся на мою талию, - Вон та плоская крыша, - говорит он, подбородком указывая за окно, - на северо-западе, самое выгодное место для аванпоста. – Стук в дверь прерывает его, возвращается он с двумя упакованными в целлофан вешалками, - А – костюм – для кого?
- Для тебя, - радуюсь ревнивым ноткам в его голосе, - других кандидатов, по крайней мере здесь, не наблюдается.
- Зачем мне – на крыше – костюм? – вопрошает он, снова обнимая меня.
- На крыше он, действительно, никчему, - я накрываю его ладони своими, - Ты пойдешь со мной.
- В дом посла, на прием? – уточняет он, - Уверена? А кто тебя прикрывать будет?
- Ты, конечно, - как замечательно – просто откинуть голову немного назад, на его плечо и закрыть глаза, давая отдых инстинктам, - Ну, скажи мне – как жена объяснит отсутствие мужа – простите, посол, он все лучше видит на расстоянии, поэтому – сидит на крыше напротив.
- Но – план не предусматривает, - развернувшись, я закрываю ему рот, - План разрабатывают не полевые агенты, им – не понять.
- Хорошо, - он снова разворачивает меня лицом к окну, прижимая к себе, - Мы внутри – дальше?
- Встретиться с источником, забрать документы, - отвечаю я и добавляю, - Поскольку источник нам не известен, предлагаю взять информацию раньше него, - он веселится, - Ты вскрываешь сейфы?
- Нет, ну что ты, - хмурюсь я – не я – Вдова…
Бартон и смокинг – просто глаз не оторвать! Надо чаще выбираться на подобные миссии – где комфортно, тепло, роскошно и хорошо кормят. Мы используем мое обычное прикрытие, то, что было до Щ.И.Т.а. Вернуться год спустя оказалось просто, проще – чем уйти.. Натали Рашман – та, что может устроить все – от новых документов до полного уничтожения личности – в пределах этой вселенной, при соответствующей оплате, разумеется. Мужчина за моей спиной – фигура привычная, из-за их частой перемены – меня и звали Черной Вдовой. Ни одному из них я не доверила бы свою жизнь, кроме одного – которому она и принадлежит. Да, был еще один – но очень давно, в прошлой-прошлой жизни…
Дом посла заметен со всех концов квартала – поток подъезжающих дорогих машин привлекает внимание, а выходящие из них гости – и того больше. Кругом охрана – военные и полиция, так что – мимо не проедешь
- Мне не нравится такое количество людей в форме, - мрачно изрекает Соколиный глаз, так и порываясь бабочку распустить, - если сработает система охраны…
- Не сработает, - поворачиваюсь к нему, - ты мне веришь?
- Безоговорочно. Поправляю чуть сбившийся на сторону галстук-бабочку, - Тогда – прекрати дергаться и идем. А то мы даем ненужный повод для разговоров.
Он выходит первым и, обойдя машину, открывает дверцу мне, помогая выйти, - Моя дорогая, прошу, - глаза смеются, но нам обоим нравится эта игра. Посол и его жена встречают гостей, - Миссис Рашман, мы рады вам.
- Это взаимно, поверьте, - рефлексы включаются на автомате, правила хорошего тона не забываются, даже если очень стараешься стать кем-то другим. – Позвольте познакомить вас, - вполоборота киваю в сторону Бартона, - мой муж, мистер Аарон Кросс. Жена посла тут же вцепляется в моего Бартона, словно пиявка, под благовидным предлогом – «Идемте, я представлю Вас некоторым нашим гостям». Посол же принимается занимать меня, - Миссис Рашман, вы, кажется, занимаетесь искусством?
- Да, у нас несколько картинных галерей в Нью-Йорке, - по одному из вариантов легенды я, действительно, имею ученую степень искусствоведа, что недалеко от истины, - И к вам мы прибыли из-за аукциона в частной коллекции, который должен состояться завтра. Большая удача, что вы были столь любезны и пригласили нас сегодня сюда.
Говорю, а сама скольжу взглядом по залу, автоматически отмечая знакомые по ориентировкам Щ.И.Т.а лица, Бартон все еще – в цепких коготках жены посла – ничего, пусть помучается, ему это лишь на пользу.
- Господин посол, - прерываю того, вклиниваясь в паузу, - Мне говорили, у вас здесь есть один экспонат, приобретенный на Сотсби… - даю ему время самому определиться – по опыту знаю, что-нибудь обязательно найдется, а мне будет проще попасть в личную часть дома – под официальным предлогом.
- Нат, ты куда собралась? – голос Бартона в наушнике, разворачиваюсь, находя его в толпе – глаза злые, тревожные. Качаю головой, - за объектом. Возьму и вернусь. Будь здесь.
- Стой, - он отходит от безумолку трендящей хозяйки вечера, - А если что-то случится?
- Да что? У нас надежное прикрытие, до точки встречи с источником еще полчаса, - я стою спиной к залу, у окна, в темном стекле все – как в зеркале, неожиданно среди гостей мне мстится… нет, этого не может быть…он мертв, погиб очень-очень давно… Резко развернувшись, попадаю в руки Бартона, - Что? Кого ты видела?!
- Никого, - мой взгляд все еще блуждает по залу за его спиной, тщательно фиксируя лица – нет, не он…, - Просто обозналась. Пусти – это неприлично.
- Мне наплевать! – он еще крепче прижимает меня к себе, - Давай отменим, ты не в форме.
- Со мной все в порядке, - отталкиваю его я, - Надо идти, время уходит – за обстановкой следи. Господин посол…
Зал, куда привел меня хозяин дома, напоминал музей, - Прошу, миссис Рашман, здесь редко бывают такие прекрасные гостьи.- Улыбаюсь почти на автомате, - Благодарю, господин посол, - заигрываю тоже рефлекторно, по укоренившейся привычке – так проще работать с объектом. Соколиный Глаз на связи, я слышу его в комлинке.
- Вы меня простите, госпожа Натали, - он берет меня за руку, отводя к одной из роскошных витрин с чем-то чрезвычайно редким и дорогим, - Интересующий вас экспонат – в надежном сейфе и мне не хочется вас убивать – после того, как вы, случайно, подглядите метод его открытия.
Делаю вид, что оценила его чувство юмора и изображаю глубокую заинтересованность предметами в витрине. «Какое великодушие», - фыркает Бартон в наушнике, - Он – джентльмен, – парирую я,- не то, что некоторые из присутствующих «Да уж», - соглашается Соколиный Глаз, - «Ты мало похожа на джентльмена». – За обстановкой следи! – напоминаю я, - Там минут через десять, по моим расчетам, наш объект объявиться должен.
- Ну, вот, Натали, - посол уже откровенно фамильярным стал, - Прошу сюда.
Сейф напоминает еще одну выставку, однако – здесь экспонаты просто разложены по определенному порядку, а не так, что бы ими любоваться. Я осторожно усаживаю господина посла на пол неподалеку от входа – мой фирменный коктейль из снотворного, успокоительного и обезболивающего на всех действует одинаково, теперь – за дело. Из предварительного отчета аналитиков следовало, что информация, которую предложил нам объект за свою эвакуацию, лежит в этом самом сейфе. Венгрия, после выхода из соцлагеря, стала весьма лакомым кусочком, от которого многие хотели бы – ломоть покрупнее. И – база данных оборонного комитета – вполне себе достойный предмет для обладания. Картины, драгоценности, банковские облигации…, ага – нашла!
- Флешка – у меня, - сообщаю Бартону, аккуратно обходя посла – он придет в себя не раньше, чем минут через двадцать, с головной болью и легкой амнезией. Ну, не убивать же его, в самом деле – потом Фьюри занудит!
- Спасибо, Наташа. Не успеваю среагировать – игла входит в предплечье и препарат мгновенно начинает действовать – вокруг все тускнеет, голос настолько знаком, что мне страшно, пытаюсь сфокусироваться, - Алексей?..., но темнота меня опережает…
- Нат! Нат, черт возьми, очнись, ты меня слышишь? – меня больно бьют по щекам, - У нас нет времени на твои обмороки, Романофф! – следующую серию ударов я не пропускаю.
- Он активировал сигнализацию, - я сажусь – голова еще плывет, но настойчивый звук сирен, открытый сейф и посол у его входа в отключке – совсем безрадостная перспектива.
- Кто? Кого ты видела? – настойчиво повторяет Бартон, я качаю головой – недостаточно для полной уверенности, а делиться моими впечатлениями можно будет и в отеле, - Не сейчас, Бартон. Надо уходить – разберемся после. Объект?
- Его не было, - он выглядывает в окно, - не выйдет – решетки, высадить не успеем.
Мы выходим в коридор и, хвала богам, успеваем за секунды до появления охраны. Удачно изображая парочку, намеревающуюся заняться непристойностями в публичном месте – смываемся с вечеринки.
- Так кто тебя обыграл? – животрепещущий вопрос снова на повестке дня. Бартон тормозит где-то в городе, в каком-то узком переулке, где преследователи будут видны за милю, - Ты ведь кого-то узнала на приеме.
Качаю головой – все это слишком невероятно, чтобы правдой быть, - Нет, никого. Видимо, тот, кто вышел на связь со Щ.И.Т.ом - наш объект – следил за нами, воспользовался ситуацией и забрал то, что обещал нам отдать. Теперь остается только ждать, ведь отбытие в теплые края для него все еще актуально.
- Ты ведь помнишь директиву № 14, - не глядя на меня, произносит Клинт. Еще бы – мне ее не помнить! Объект, угрожающий безопасности, должен быть уничтожен. – Хочешь сказать, - я заставляю его повернуться, - директор снабдил тебя особыми инструкциями?
- Это не было основным планом действий, Нат, - как бы оправдывается он, - все на наше усмотрение.
- Как великодушно – со стороны директора! Прямо – милосердие господне! – я выхожу из машины, громко хлопая дверью, - Может, он и в моем случае – дал тебе пространство для маневра?
- Нет, - ухмыляется Бартон, - Тебя была директива «устранить». Нат…
- Нет! Я не хочу! – возвращаюсь в машину, - едем в отель.
Дверь нашего номера приоткрыта. Мы оба – на изготовке, я вхожу первая, Бартон следом, - Тебе не понадобится оружие, Наташа, - тот же голос – боже, я схожу с ума! – Я не причиню тебе вреда – никогда, ты же помнишь. И твоему партнеру – тоже…
Останавливаюсь у стены – ноги просто не слушаются, как я еще сохраняю выдержку – сама не представляю, Бартон настороже, переводит взгляд с нашего полуночного гостя на меня и обратно, - Кто это, Нат? Вы знакомы.
- Да, - киваю, на объяснения нет сил, да я и сама не понимаю – как? – Это – мой муж, Алексей Шостаков. Он погиб – много лет назад.




Глава 2

***
Трудно возражать таким аргументам. Наташа собирается с мыслями, пока Тони нетерпеливое ожидание демонстрирует, - Ну, как – нет ответа? Может – помощь зала, агент Романофф? Или – звонок другу?
- Все было, как она сказала, Старк, - неожиданно вмешивается Бартон, - за исключением одной крохотной детали, - их с Наташей глаза, наконец, встречаются – она чуть заметно кивает, - Она погибла, - вся команда в немом изумлении воззрилась на него, он поднимается, с грохотом отодвинув стул, - Вы ведь это хотели услышать, да, Тони? Что-нибудь эдакое, в духе Инициативы «Мстители». Наташа. Погибла. Вот что случилось в Будапеште.

POV Клинт
Алексей Шостаков. Ее МУЖ. Да, помню – из досье, но это было невероятно давно, еще до КГБ и всей этой кутерьмы с сывороткой имени Капитана Америка. Что за бред – откуда он взялся, почему именно сейчас?!
Этот вопрос, и пара-тройка похожих, тревожат и мою Нат, - Алексей, как? Тебе удалось выжить и все это время…
- Наташа, давай отложим этот разговор, - мягко перебивает он и, на русский перейдя, они о чем-то спорят. Я ухожу в другую комнату – там наше снаряжение и оружие. Обстановка по-соседству накаляется все больше – голос Наташи уже звенит, еще немного – и перейдет в ультразвук. Мат, во всяком случае – то немногое, что я понимаю, сыпется через слово, - Ты не хочешь говорить об этом сейчас, а я – не буду говорить об этом потом! – она громко хлопает дверью ванной, - Бартон, твою мать, куда ты, черт побери, улетел?!
- Не буянь, Нат, - возвращаюсь назад, - давай послушаем твоего…, Алексей?
- Вам ведь нужно знать – почему я, - он стоит за креслом, опираясь ладонями на спинку, - подставил Наташу – в доме посла, и забрал флешку себе? – я молчу, ожидая продолжения, - Согласитесь, мистер Кросс, в этой ситуации без страховки не выжить. А флешка – моя страховка того, что вы возьмете меня с собой, а не оставите здесь. – Наташа выходит из ванной, остановившись в дверях, - Я не могу вернуться, нет, не так – мне некуда возвращаться, как и тебе, Наташа. Той страны – больше нет, и мы, словно осколки Атлантиды. Остаться здесь я тоже не могу – меня ищут и очень плотно обложили. Решил поискать заработка «за бугром», ваш Щ.И.Т. показался удачной идеей.
- Щ.И.Т. – не занимается благотворительностью, - опережает меня Нат, - и попасть в ряды ее агентов – не просто.
- Но – ты ведь агент Щ.И.Т.а, - возражает Алексей, она, переодеваясь на ходу, уточняет, не глядя на меня, - У меня особого выбора-то не было. – платье, в котором она была на приеме, валяется на кровати, на ней уже привычный комбинезон – молния впереди еще расстегнута, - Алексей, ты сказал – тебя обложили, уверен, что избавился от наблюдения?
- Нет, - я вскидываюсь одновременно с ней, - И даже больше – они скоро будут здесь.
- Ты кретин, Лекс! – она снова переходит на русский, но тут вклиниваюсь я, - Ребята, кто чего достоин – обсудите на базе. Нат, мы все равно должны были его привезти, нет разницы – под каким соусом. Директор разберется.
- Не хочу вносить диссонанс в ваши столь трогательные отношения, - встрял наш объект, - но сюда скоро нагрянут гости и в офигительно-большом количестве.
- Да ты что, - язвительным тоном переспросила Нат, заканчивая экипировку, - Ты стрелять-то не разучился, Лекс?
- Увидишь, Наташа, - как-то неопределенно отзывается он, глядя в окно. Мы на пятнадцатом этаже нового отеля и вид на город очень подробный.- Скоро. Очень скоро.
Подхожу к окну, мне не надо напрягать зрение – я лучше вижу на расстоянии, - Нат, нас обложили. Кажется – со всех сторон.
- Ты нас сдал, Лекс!? – мне слишком хорошо знаком этот ее взгляд – глаза Черной Вдовы, ее любимый пистолет уже нацелен ему в голову, правда – он об этом не подозревает, не должен подозревать…
- У меня не было особого выбора, - повторяет он ее слова, подходя ближе и без труда разоружая ее, - Не забывай, меня твои фокусы не впечатляют.
- Правда?- Вдова изгибается, ускользая из его рук, и также неожиданно возникает позади него – с тонкой проволокой, обмотанной вокруг его шеи – нить Вдовы, недавняя разработка, - Как думаешь, Лекс, тебе будет трудновато разговаривать с оторванной головой?
- Ты меня не убьешь, - с олимпийским спокойствием возражает он, Нат фыркает, - Если рассчитываешь на наше «общее прошлое» - то зря.
- Мне не свойственна ностальгия, Наташа, - он улыбается, не делая попыток освободиться, - Тебе ли этого не помнить. Все дело – в данных на флешке. Расшифровать их могу только я.
Все это время я не вмешиваюсь – Нат сама в состоянии разобраться с бывшим мужем, но – теперь самое время, - Придется тащить его с собой, Нат. Нат! Отпусти его. У нас – компания.
- Предлагаю, пока не поздно, уйти из номера, - в пространство произносит наш объект, - на крыше будет легче определиться с вариантами отхода. У вас ведь уже есть точка эвакуации?
Конечно, точка эвакуации у нас есть, но не передавать же ее объекту, да еще и с сомнительной репутацией. Мы с Наташей переглядываемся и решение принимаем одно, - Идем по пожарной лестнице, там будут искать в последнюю очередь.
На крыше отеля – ветрено, укрыться можно лишь рядом со входом, дверь я не фиксирую и она захлопывается за нами.
- Сигнал глушат, - сообщаю мрачно я, пытаясь поймать маячок вертолета, - Придется перемещаться.
- Давай разделимся, - говорит она, - какой смысл таскать Алексея за собой? Иди – дай сигнал, пусть будут на подлете.
- Вы справитесь? – бросаю взгляд вниз – ребята там явно активизировались, - Если что – уходите через крыши, на точку два, договорились, Нат? И – без фанатизма, идет? - Она соглашается неохотно, - Постараюсь оставить кого-нибудь для тебя.
Я не успеваю уйти – бой начинается раньше. Пустой номер обнаружили и теперь пытаются прорваться к нам, на крыши соседних зданий загнали снайперов и лупят по нам бесприцельным огнем из окон домов напротив.
- Нам не выйти! – Нат отстреливается, прикрывая, пока я перезаряжаю наконечники стрел, - Нужно убрать глушилку и вызвать вертушку сюда!
Киваю, выглядывая за парапет – вон она, в двух кварталах отсюда, я вполне достану ее – прицеливаюсь и вижу траекторию пули, летящей к нам – прямиком в Алексея. Сбить не успею, мелькает в голове, а Нат уже оттолкнула своего благоверного, подставившись сама, - Не благодари, Лекс, - слышу я, когда подлетаю к ним - рана не очень серьезная, но кровь не останавливается слишком долго, - Это не ради тебя.
- Понимаю, Наташа, - с плохо скрываемым сарказмом произносит он, с интересом разглядывая нас – меня и ее, - Прямо горишь – на работе.
Она сжимает челюсти и смотрит в сторону, пока я перебинтовываю ее и колю препараты из супер-аптечки – нам всем это выходит боком, потом.
- Я видел, где у них синхронизатор, - отвечаю на невысказанный вопрос, - и смогу добраться. Но – как оставить тебя с ним?
- Все будет нормально, Клинт, - уверенно откликается она, - Иди. Без вертушки мы не выберемся.
Попасть в соседнее здание удается только с третьей попытки – потратив на пару снайперов несколько драгоценных стрел, остальных прозаически пристреливаю из их же оружия. Кабинеты, коридоры, переходы, снова кабинеты – так проще передвигаться, чем по открытой местности и, нарвавшись на противника, имеешь небольшую фору. Синхронизатор сигналов я уничтожаю, выпустив стрелу со взрывателем в наконечнике и – следом, еще одну. Передатчик, наконец, заработал и группа поддержки обещалась быть через семь минут. Поднимаюсь – вернуться и забрать Нат и наш объект. Взрыв на крыше отеля после записали в разряд бытовых – у них там газопровод проходил, оказывается… Заревом освещает весь квартал и парочку ближайших к нему, а мне кажется – я вижу огненные волосы, сгорающие в пламени взрыва. Таша… Погибла. Я видел, как взрывной волной выбросило за парапет и швырнуло в узкий пролет между домами две человеческие фигуры. Никто не выжил.
Так же решают и те, кто устроил все это – собираются и исчезают в ночи незаметно и неслышно – без суеты. До вертушки еще три минуты – целая вечность. Для чего я возвращаюсь туда – не знаю. Ноет в груди, мы никогда не говорили о…об этом. Нат считает себя моей должницей – и отдает, чем может. Я… просто люблю ее, вот и все. Но теперь – теперь уже ничего не будет…без нее… «Клинт…» - откуда-то из-за края доносится до меня, она там – держится за абсолютно ровную стену, кажется, уже ногтями, - НЕ ВЗДУМАЙ ОТПУСКАТЬ! – выдавливаю я, пытаясь дотянуться – нет, не получится, - ТАША, НЕ ОТПУСКАЙ! – лук лежит неподалеку, там, куда я его отшвырнул. – Только держись, - молюсь я про себя, протягивая ей лук, - Хватайся и тянись, - она стонет – рана снова кровоточит и сильно, но все-таки доползает по стене до моих рук, и я вытягиваю ее наверх.
- Ты собираешься меня отпускать? – произносит она какое-то время спустя. Я немного отстраняюсь, заглядывая ей в лицо, - Нет, никогда. Ты против?




Глава 3

***
Наташа догоняет его только на следующем квартале, - Значит – это ты помнишь – мою смерть? - Бартон останавливается, в темноте не разглядеть выражения его лица, - А ты – что помнишь ты?

POV Наташа
- Я знал, что ты не пропадешь, - Алексей проводил задумчиво насмешливым взглядом Соколиного Глаза, - он любит тебя – знаешь?
- Это не любовь, Лекс. – привычно отрицаю очевидное я, - назови это как-нибудь иначе.
- Ты снова прячешься за определениями, Наташа, - он улыбается, - всегда боялась привязанностей.
- Знала, чем они могут обернуться, - огрызаюсь я, отстреливаясь от особо настырного стрелка из дома напротив, - И – похоже, была права. Ты ведь бросил меня – ради чего-то, каких-то своих идеалов.
- Нет, я погиб, - сообщает он вдруг, - вернее, Алексей Шостаков погиб при взрыве экспериментальной ракеты. А я – всего лишь его копия, клон с его воспоминаниями, но – не он, – в наступившей вдруг тишине это звучит особенно пронзительно. Я придвигаюсь ближе, - А зачем ты здесь?
- Случай, не более, - пожимает он плечами, - вот так все сошлось, что ты и я оказались в одной точке в сходных между собой обстоятельствах. Поверь, я не стал бы бередить раны, будь у меня другой выход.
- Это неважно – теперь, - неожиданно, даже для себя самой, отвечаю ему, - Все изменилось, я – другая.
- И – в сердце у тебя тоже другой. – говорит он, - ты это знаешь, я это вижу, почему же ты продолжаешь игнорировать это?
- Моя жизнь и так принадлежит ему, - перезаряжаю пистолет и прислушиваюсь к звукам выстрелов из здания напротив – Бартон идет к цели, - Мне нечего больше отдать.
- Любовь – это грозное оружие, - напоминает мне клон-Алексей, - а ничейного оружия не бывает. Пока все – так, как есть сейчас, вас легко в марионеток превратить. И ты, и он – сделаете все, чтобы спасти другого. Буквально – все.
- А если мы – объяснимся, - насмехаюсь я, - что изменится?
- Вы будете меньше рисковать.
- Значит, ты – он, мало любил меня? – Алексей усмехается, - Мы были очень молоды, и не знали цену Любви.
Взрыв я ощутила первой, но – сделать уже ничего не смогла, взрывная волна, словно цунами, подхватила нас. Я вцепилась в стену, будто пиявка, пытаясь сродниться с ней, Алексей висит на мне, - Нет! – я хочу заставить его перехватить руку удобнее, чтобы крепче держаться – я смогу, но – он все-таки отпускает, - Обещай мне, Наташа, что вернешься к жизни… - мои пальцы хватают воздух, от всех этих упражнений я сама едва жива – рана открылась и заливает руки кровью, отчего все становится еще более скользким… Черт, я не продержусь долго… Клинт… Каким чудом он слышит меня – не знаю, но столетия спустя он появляется надо мной – с абсолютно безумными глазами…, - НЕ ВЗДУМАЙ ОТПУСКАТЬ! – да я и не собиралась. Он вытягивает меня из пустоты на крышу, прижимает к себе, одновременно с этим руками проходится по телу, новые повреждения выискивая. Я не спешу освободиться – мне слишком уютно в его руках. Обещать вернуться легко на словах, испаривший в пламени взрыва призрак Алексея напомнил мне – о той Наташе, что была раньше. До – агентства Щ.И.Т. , до – Черной Вдовы, до – Бартона…
- Собираешься меня отпускать? – делаю над собой усилие, сводя все к плоской шутке, он отстраняется немного, ловя мой взгляд, - Нет, - говоря не о том, что держит меня сейчас в своих руках, - никогда. Ты – против?
Ответить просто не успеваю – те, кто так старательно выкуривали нас, в итоге – получили то, что хотели – наш вертолет сбивают на подлете, в темном небе еще видно зарево пожара, а нас с Бартоном увозят в фургоне, под охраной, в наручниках и мешках на голове.
Пыльно. Душно. Из-за этой дурацкой тряпки на голове совершенно теряешься в пространстве. Агентов учат с младых ногтей ориентироваться с завязанными глазами, полагаясь на остальные органы чувств. Именно поэтому все спецслужбы используют мешки – они перебивают запахи извне, создают звукоизоляцию и не дают видеть, куда тебя доставляют. Толчок в спину, звук закрываемых дверей, руки свободны и я стягиваю эту дрянь с головы – все волосы какой-то гадостью засыпали! Ну, конечно – камера, родная стихия, почти второй дом. Дальше последует – допрос, пытки и логичное завершение вечера. Хорошо бы выяснить – куда, вернее – к кому, мы попали. Если – в официальную внешнюю разведку, это плохо, но – не смертельно, если – в частные руки, нам с Бартоном не дотянуть до утра…
Сколько времени проходит – не знаю, я потеряла ему счет, окон в камере нет, только тусклая лампочка под потолком. Моя рана перестала, наконец, кровить, я, как могла, перевязала ее и успела даже задремать – когда дверь снова открывается. Понятно – начали с Бартона, внутренне собираюсь, однако – у наших хозяев явно иные планы. Вслед за измочаленным Бартоном в камеру вносят два стула и световые пушки. Твою мать – они вкатили ему очередную версию «сыворотки правды» и теперь намереваются очную ставку учинить. Меня эта дрянь в принципе не вставляет – после всех экспериментов нашей Конторы, а вот Клинт уязвим. Хотя Щ.И.Т. и использует новейшие разработки, но здесь как в хакерстве – ежедневно что-то новенькое. Если бы не Клинт в отключке, непременно бы воспользовалась этой кутерьмой, чтобы попытаться уйти. Нас привязывают к стульям напротив друг друга, он еще не очнулся – болевой порог у него высокий, но – организму это сложно объяснить, иногда он вырубается самостоятельно. Интересно – нам не задают вопросов, не представляются, не запугивают и не сулят гор золотых. Похоже – все ради процесса, то есть – нас, как мясо, маринуют перед тем, как зажарить на углях. Непонятно – кому это нужно, непонятно и любопытно…
- Вам любопытно, агент Романофф? – надо же, я говорю вслух, не замечала за собой, - Не тревожьтесь – это действие газа, аналогов в мире нет.
Приятный голос, обходительные манеры, легкий, едва уловимый, акцент – он выходит из темноты и я узнаю его – мой наставник из Конторы.
- У нас сегодня что – вечер встреч? – усмешка плавно сползает с лица, когда я чувствую, как ощутимо начинает вести голову и язык так и норовит что-нибудь растрепать, - Надо было предупредить, а то я не при параде
- Ничего, Наташа, мы займемся тобой, как твоим мужем когда-то, - почти с нежностью произносит мой учитель, - Ты снова станешь собой. Но – для этого нужно сделать кое-что, будет больно – невыносимо, иногда. Надо выдержать. Надо, чтобы сломался он, - указывая на Бартона, медленно проговаривает он, пристально глядя мне в глаза. Видимо – у газа гипнотический эффект, потому что я – киваю, хотя какой-то частью сознания понимаю, что меня программируют – грубо и банально. Входят какие-то люди, с виду напоминающие бухгалтеров – в очках, с чемоданчиками, деловито-настроенные, словно в офис пришли. И начинается многочасовая пытка – я не могу кричать, даже если бы и хотела, запрет на подсознательном уровне скрыт. Причиняя боль мне – они мучают Бартона, всем известный факт – мужчины на войне ломаются быстрее и проще, если в их присутствии измываться над существом, которое они должны были защищать. А уж если это существо вдруг было его партнером – так это вообще подарок свыше. Бартон колется спустя почти три часа и нас оставляют в покое.
- Нат… - сквозь кровавую пелену боли до меня долетает это его, - Нат!
- Нормально, - едва шевеля разбитыми губами, отвечаю я, - не ори, Бартон, и так голова трещит. Что ты им слил?
- Практически все, - равнодушно сообщает он, - меня достало героя изображать – твоей ценой.
- Нас пристрелят, как собак, - почти также отрешенно откликаюсь я, - попытайся выбраться. Вертушку сбили, так что Коулсон уже всех на уши поднял. Ты сумеешь.
- Я не уйду один.
- Черт тебя возьми, Бартон! – я дернулась, отчего в вывихнутом плече хрустнула кость, - Вернешься с подкреплением, я продержусь.
- Я не уйду без тебя, - повторяет он, - Таша, посмотри на меня - Поднимаю голову и сквозь слипшиеся от запекшейся крови волосы пытаюсь разглядеть его – глаза опухли и болят, у него видок – не лучше моего,- Мы. Справимся. Вдвоем – я и ты. Вместе.
Усмехаюсь уголками губ – больно, - Да ты оптимист, Бартон, - но, спорить с ним бесполезно, к тому же – как возражать тому, кому жизнью обязан. Пожимаю плачами – и снова, больно, - Попробуем…




Глава 4

***
Клинт чуть улыбается, - А ты уверена, что это было в Будапеште? Мне кажется, что…, - она чувствительным тычком под ребра заставляет его умолкнуть, - Я слушала твои бредни!
- Мои – что? Ох! – Бартон опирается о стену дома, возле которого они остановились, - Погоди, Нат, дай передохнуть.
- Что с тобой? И в кафе – ты еле двигаешься, - она фокусирует взгляд на его лице, - Знаю это твое выражение – где ты поранился, все серьезно, давно?
Спина, - с кряхтением повернувшись, он демонстрирует ей огромный, через всю спину по диагонали, кровоподтек, - Колчан. Я упал на него, неудачно приземлившись.
- Тебе на базу надо, срочно, - она подныривает под его руку, принимая часть веса на себя, и разворачивается назад, в направлении той забегаловки, откуда они пришли, - У него, может, внутреннее кровотечение, а он – мелодраматические разговоры ведет, идиот!
- Не бухти, Нат, - почти добродушно откликается Клинт, - не я это начал.
- Тот, кто начал – свое получит! – мстительно обещает она, помогая Бартону зайти внутрь и сесть. – База, это агент Романофф!
- Связи нет, агент, - директор Фьюри стоит в дверях, - почиваете на лаврах, господа?
Бартона увозят, остальные разбредаются сами. – Агент Романофф, жду к полуночи – отчет о миссии, - директор не шутит, - с полным анализом действий агента Бартона.


POV Наташа
Мы почти выбрались, когда нас все-таки настигают, Клинт практически несет меня на себе да еще умудряется отстреливаться. Его лук остался на крыше отеля, а мы – вообще неизвестно где.
- Нат, ты в состоянии постоять здесь пару минут, пока я разберусь с ними? – Бартон прислоняет меня к низкому парапету – мы снова на крыше.
- Я – в состоянии,- с трудом ворочая языком из-за вкаченных в меня различных сывороток, отвечаю я, - А если дашь мне пистолет, еще и уложу двоих-троих…
Он – смотрит, пристально и с необъяснимо-пронзительной нежностью. До меня доходит – наркотики, он все еще под их действием, хотя и сопротивляется, но – что-то все равно проскакивает. Мотаю головой, отчего тщательно выстроенная картинка перед глазами рассыпается на мелкие осколки, - Нет! Нет, Бартон, молчи! Знаю, тебе неизъяснимо хочется говорить – прямо словесный понос, не ведись! – он улыбается, а у меня бегут мурашки по коже, его губы так близко – он не спешит, медленно-медленно приближаясь, то и дело, скользя взглядом от моих глаз к губам и обратно, словно спрашивая – могу я? Можешь. Черт возьми – давно пора, я так долго этого хочу! Ты ведь знаешь меня, какая я – никогда не попрошу, даже если от этого будет зависеть моя жизнь.
- А – если моя? – прямо в губы, разбитые и распухшие, спрашивает он. Оказывается, все это время мы – я говорю вслух, - Если твоя…, - мой взгляд ничуть не уступает его, - если – твоя, - повторяю я, так и не заканчивая, потому что – ему ответ известен – моя жизнь принадлежит ему вся, без остатка. И тут его прорывает, - Таша, послушай. Нет, не отворачивайся, смотри на меня. Я давно хотел тебе сказать – не мог…Сейчас не самый удачный момент да и мы – не в лучшей форме, но, может именно поэтому я и могу сказать тебе это – сейчас… - успеваю остановить этот поток движением руки, - Не надо, Клинт. Не произноси – вслух, нам обоим известно то, что ты так жаждешь озвучить. Пусть оно останется здесь, - кладу ладонь на его грудь, потом на свою, - и – здесь. Так надежнее.
Он снова целует меня, не так страстно, но – нежно, стараясь не причинить мне лишней боли, - Подожди меня здесь, хорошо? – чувствую в ладони знакомую тяжесть пистолета, рукоять еще хранит его тепло, - А куда ты собрался? – негромко уточняю вслед, он ухмыляется, - За своим луком, я же без него – все равно, что голый…
Спустя какое-то время я начинаю слышать его в комлинке, - Нат…, слышишь меня…прием… как слышно, ответь… - видимо, он благополучно вернулся в точку один, - Я все забрал, иду назад, буду через десять минут. Десять минут. Так много у меня нет – те, от кого мы благополучно смылись, просекли, что загнали меня в ловушку, в моем состоянии сейчас с крыши без посторонней помощи не уйти. Отстреливаю последнюю обойму, кретинка – надо было оставить одну пулю! Дверь на чердак успешно поддается давлению, открываясь – вот и все… Но возвращаться в ту милую камеру у меня нет никакого желания – пытки рано или поздно достигают своей цели, ломаются все… Я бросаю взгляд вниз – этаж пятый-шестой, вполне можно не разбиться насмерть… Низкий парапет вполне преодолим, даже в моем плачевном состоянии подвижности, еще шаг и… Падение не похоже на полет, это – выдумка, как и то чувство, что принято называть любовью. Тебя тянет вниз, к земле, и ты не способен хоть как-то совладать с этим процессом, шум в ушах от резкой смены давления кажется свистом встречного ветра и мыслей – нет, совсем, только с неимоверной скорость приближающаяся земная твердь…
- ТВОЮ МАТЬ! – за какие-то сантиметры до земли меня подхватывают руки Бартона, пролетавшего мимо, - Совсем ума лишилась, Романофф?! Я же сказал – сейчас буду! Когда ты прекратишь свои фокусы?
- Когда научишься вовремя меня ловить, - удерживаясь за его шею руками, улыбаюсь я, - Ты ведь не собирался меня отпускать – никогда…
- Для этого придется тебя окольцевать…- звучит довольно двусмысленно, но я, отчего-то, не возражаю. Поднимаю на него глаза, сталкиваясь с его пристально изучающим взглядом, и молчу. – Идем, - он помогает мне встать, опираясь на него, - здесь недалеко – заброшенный дом, вполне сможем перекантоваться до утра.
- А – дальше? – морщусь, потому что больно – все и везде.
- Дальше – посмотрим, - откликается он.




Глава 5

***
Со времени битвы на Манхеттене миновало уже несколько дней – прошла поминальная служба по Коулсону, отпустили Бартона, отправили Тора и Локи в Асгард. Старк больше не пытался выведать подробности их прошлых миссий, понимая – чем это может кончиться. Поскольку, официально Инициативы «Мстители» не существует – все разъехались согласно своим желаниям и приоритетам. Бартон и Наташа не стали исключением. Небольшой лесной домик в самой чаще одного из крупнейших Национальных парков страны – может оказаться уютным убежищем от пережитых невзгод. Но даже здесь – не скроешься от самого себя.


POV Клинт
Нат снова стоит у окна, только теперь – утро. Утро нового дня, когда нам нужно решить, как быть дальше. Этот заброшенный дом не зря показался мне удачной идеей – сохранившаяся мебель, работающий водопровод, газ – все это позволило пережить ночь. Это и моя Нат. Теперь уже совсем – моя.
Наташа почти без сознания, когда мы вваливаемся в этот дом. В третьей по счету комнате обнаруживается продавленный диван, пока я перевязываю ее – она приходит в себя, глаза замутнены болью, - Клинт?
- Все нормально, - достаю супер-аптечку, заряда в ней осталось всего на раз, прикладываю к ране – анализатор жужжит, определяя степень повреждения и нужные дозировки лекарств, - Или – скоро будет.
- Себе оставь, - едва шевеля губами, произносит она, имея ввиду аптечку. Киваю, - Оставил, - лгу без зазрения совести, мои – царапины, по сравнению с ее повреждениями. Аптечка, закачав в Нат все необходимое, благополучно сдохла, я методично разбираю ее на запчасти и уничтожаю – не уверен, что выберемся, поэтому следов вообще лучше не оставлять. В доме, на удивление, есть холодная вода и газопровод – каких-то полчаса спустя у нас появилась горячая еда. Нат неожиданно просыпается с голодным блеском в глазах – лекарства действуют, - Это – горячий шоколад или у меня глюки?
- Плитку растопил, - улыбаюсь я, - будешь? – она протягивает руки за чашкой, морщится – вывих я вправил, но боль не ушла, - Ты бы полежала спокойно хотя пару часов – дай химии сделать свое дело.
- На мне все заживает, как на кошке, - с аппетитом хрустя безвкусной галетой, откликается она, - ты же знаешь. Что дальше, Бартон?
- Спать, - потирая глаза, чтобы не заснуть, отвечаю ей, - до рассвета примерно часа три, вот и не будем высовываться.- она соглашается, - Это разумно, а утром можем попробовать поискать частоту, на которой нас ждет Коулсон. Когда ты возвращался за луком, я слышала тебя в комлинке.
- Я вызывал тебя, - упоминание о луке навело на мысль о том, что неплохо бы и оружие разобрать, боезапас прикинуть, - но ответа не дождался.
- Пришлось прыгать, - отзывается Наташа, не глядя на меня,- иначе они меня бы снова схватили и заставили бы тебя делать то, что нужно им. Выбора не было.
- Ты могла разбиться, - она поднимает глаза, - Ты меня удержал, - встречаюсь с ней взглядом, вслух проговаривая то, чего боюсь больше всего, - Я мог не успеть, как в первый раз.
- Но – ты поймал, - Нат привстает, касаясь мой руки, - Клинт, и в первый раз и во второй – ты успел подстраховать меня…- она замолкает на секунду, словно обдумывая следующую реплику, - Там, внизу, когда мы спустились – это было предложение?
Я не сразу понимаю – о чем она. Ах, да – «для этого придется тебя окольцевать…», глубокий вдох, - Если так – ты приняла бы его? Мне необходимо знать ответ, потому что – то, что чувствуем мы друг другу, нельзя определить четко - здесь намешано все: долги, признательность, благородство, дружба, восхищение, страсть… и, наверное, любовь.
- Да, - неожиданно тихо отвечает она, - без каких-либо условий.
Не веря услышанному, опускаюсь рядом, - Таша? – она смеется, - Хочешь услышать это еще раз? Клинт Бартон, сделайте меня – вашей … - я не даю ей закончить, неуверенно касаясь ее разбитых губ поцелуем, она со стоном притягивает меня ближе, обнимая за шею, - Блин, Бартон, да сделай уже все, как положено – я перетерплю!
Отстранившись, я нависаю над ней, - Я не смогу остановиться, - предупреждаю, взгляд ее ловя, - если начнем.
- Тебя никто и не просит, - своей рукой расстегивая молнию, возражает она, - Я не хочу больше ждать!
Ее горячая кожа по-прежнему пахнет солнцем, хотя мы уже почти сутки скачем под пулями, ее руки жадно теребят мою безрукавку, пока пальцы не нащупывают молнию, и ее ладони ложатся на мою грудь, касаются плеч, обрисовывая контуры. Я сбрасываю ее куда-то на пол, возвращаясь к лежащей на диване Нат – она обнажена по пояс, ее костюм-комбинезон и, чтобы его снять – потребуются усилия двоих. Я медленно провожу рукой по ее бедру, удерживаю лодыжку и медленно, без спешки, подсовываю палец под край комбинезона на талии, начиная стягивать его вниз. Эта изощренная ласка заставляет ее прикусить губу, - Садист…, - вызывая у меня легкую усмешку. Моя рука скользит все ниже, вместе с плотной тканью костюма, словно второй кожей облегающей Наташу, по внутренней стороне бедра каждой ноги, до лодыжек. Она, в это время тоже не бездействует – освободившись от костюма, Наташа меняет позу, приподнявшись на коленях, и, глядя снизу вверх, принимается расстегивать мой пояс. Мгновенно лишившись дара речи, я просто стою и наблюдаю за процессом, завороженный ее движениями. Электрический ток от ее прикосновений проникает под кожу, каждой клеточкой тела я чувствую ее губы, язык и руки, нежные поначалу, они становятся все более требовательными, увеличивая темп. Приближающийся пик наслаждения, который мне не миновать, заставляет меня остановить ее и немного в сторону отодвинуть, но сперма все равно попадает на нее, - Прости, - чуть уровняв дыхание, шепчу я, опускаясь рядом с ней, она качает головой, - Ничего… Поднимаю голову и нахожу ее губы, целуя глубоко и откровенно, долго, до самозабвения, до стонов… Отрываюсь от нее, спускаясь ниже, к груди, пальцами играя с сосками, продолжаю свой путь вниз, мимо пупка, к заветной точке. Ее дыхание, и без того сбитое, учащается. Когда мой язык проникает в нее. Минуя клитор, лишь краем его задев, касаюсь нежной плоти, заставляя ее сводить ноги и выгибаться в нетерпении. Она истекает желанием и мне нравится ее вкус, - Клинт…, - доносится откуда-то сверху, - Прошу тебя…Я поднимаюсь к ней, рукой в тоже время, входя в нее, - Просишь – о чем? Мне прекратить? - делаю вид, что собираюсь остановиться – ее ладонь ложится поверх моей руки, - Я тебя убью, если ты это сделаешь! Я снова целую ее, подведя к самому краю – ее тело содрогается в моих руках, волны наслаждения, словно прибой, отчего и во мне поднимается желание обладать ею – полностью, без остатка. Вытягиваюсь рядом, она обнимает меня, - Я хочу чувствовать тебя – внутри, - я втягиваю воздух сквозь зубы – сдерживаться уже невозможно, и резким толчком вхожу в нее. Она двигается навстречу, в унисон со мной, в одном, все ускоряющемся, ритме… Вперед-назад… все быстрее и быстрее… И – наконец, мы застываем оба, почти одновременно, ощущая – это, ни с чем не сравнимое… Близость…, единство…, целостность… Мы – неразделимы, я больше не смогу без – нее, никогда. Моя рука бездумно скользит сквозь рыжее пламя ее волос, обычно – огненной рекой струящихся по плечам, а сейчас – рассыпающихся по моей груди. Она смотрит прямо и молчит, хотя я слышу ее. Слова не нужны, они не передадут того, что мы чувствуем.
Солнечные лучи облекли ее в золой кокон, волосы зажгли живым огнем, - Мы можем уйти, - произносит она, все также глядя в окно на город, - Не возвращаться в Щ.И.Т.
- Ты этого хочешь? – подхожу, останавливаясь рядом, - Думаешь – там свобода? – моя Нат качает головой, - Нет. Мы оба были там, – поворачивается ко мне, обнимая, - Свободы нет нигде. Но – там мы, по крайней мере, сможем быть вместе.
- Мы найдем способ, - притягиваю ее к себе, гладя по волосам, - Я же обещал – что не отпущу тебя.


Все эти изворотливые расспросы Тони всколыхнули давно скрытое. Бартон по-прежнему плохо спит, а Наташа делает вид, что так и должно быть.


POV Наташа
Мы возвращаемся – Коулсон выходит на связь, нас отследили по маячкам,, вживленным под кожу, и держали в поле зрения. Вертушка с прикрытием в новой точке эвакуации подбирает нас, на базе нас уже ждут с нетерпением. Директор Фьюри выслушивает наши отчеты молча – по его лицу редко когда угадаешь, что скрывается за фасадом.
- Хорошо, агенты, отчеты о миссии, как обычно, передадите агенту Коулсону и можете быть свободны, - он многословен, это не к добру, - В качестве одолжения – не покидайте базу ближайшие 24 часа.
Коулсон менее категоричен, - Агент Бартон, задержитесь – у меня возникло несколько вопросов, проще их прояснить сейчас, - я демонстративно сажусь в кресло напротив, - Агент Романофф, в ваших комментариях, пока, нет нужды.
- Я просто поприсутствую, - уточняю я, забрасывая ноги на стол, - Это ведь и меня касается. Бартон улыбается уголками губ, Коулсон приподнимает брови, - Ценю ваше усердие, но – вынужден отказать вам.
- Очень любезно с вашей стороны, - перехожу на его исключительно вежливый тон, - Но, я не уйду.
Коулсон закатывает очи горе, но – больше не возражает, - Агент Бартон, мне хочется прояснить некоторые спорные моменты, - он перебирает страницы отчета, - Когда вы покинули точку один, почему не отправились сразу в точку эвакуации?
- Мы же все объяснили, Фил! – успеваю первой перехватить инициативу, - Нас обложили и мы были вынуждены… - пауза, глубокий вдох, - Мой экс-муж, вернее – его клон, сдал нас местным спецслужбам. Он искал любые возможности, чтобы соскочить.
Коулсон молча проглатывает мое вмешательство, - Еще – скажите мне, когда была потерян контакт – на двадцать часов, вас подвергали допросам четвертого и пятого уровня.
- У меня – иммунитет практически ко всем вариантам сыворотки правды, - снова перебиваю Коулсона, - Да, Бартону пришлось слить кое-какую информацию, в частности – про Алексея Шостакова, который, к тому времени был уже мертв.
- Агент Романофф, а у агента Бартона все в порядке – с речевым аппаратом? – язвительно уточняет Коулсон, - А то мне кажется – вы постоянно говорите за него.
- Вам кажется, Коулсон, - соблазнительно улыбаюсь я, - Знаете, это ведь все отражено в наших отчетах. Может – мы пойдем?
- Я вас не задерживаю, агент Романофф.
- Фил, - негромко встревает Бартон, - Давай перенесем – на завтра, если это необходимо. Мы, правда – никакие. – Коулсон вздыхает и закрывает папки, - Спасибо, Фил. - Клинт поднимается, помогает мне встать, - Мы пойдем.
Дни следуют чередой, друг за другом. Мы не обсуждаем, то – что было в Будапеште. Все – осталось там и – внутри нас. Каждую ночь я встречаю его на базе, хотя – у нас, обоих, есть квартиры в городе. Бартон отбивает грушу в спортзале, - ты собираешься домой? – я останавливаюсь в дверях.
- А ты? – серия ударов, выдох и новая серия, - Чего ты хочешь, Нат?
- Тебя, – он останавливается, разматывая защитную ленту с рук, я делаю шаг навстречу, - Ты обещал мне кое-что в Будапеште, Клинт. Или – не помнишь?


В очередной раз проснувшись среди ночи одна, она кутается в теплый плед и выходит на крыльцо, - Клинт.
- Зачем ты встала, - резко откликается он из темноты, - иди в постель, я скоро. Докурю.
- Ты не куришь, - она подходит, вырывая сигарету из рук, - почти. Давай поговорим, прошу тебя!
- О чем, Нат? – он опирается на перила, вглядываясь в темноту, - о чем ты хочешь поговорить? О том, что я – облажался во всем и везде? Хорошо, давай поговорим об этом.
- Прекрати, Клинт, - она усаживается на те же перила, спиной к темной громаде леса, - Я не стану больше выслушивать твою замученную тобой же совесть, - она не кричит, и не пытается ему что-то доказать. - Мы все ошиблись, каждый из нас, и, способность признать и жить с этим дальше, заложена во всех нас генетически. И дело вовсе не в том, что все случилось бы по-другому, если бы ты – устоял перед Локи. Он поимел каждого, с кем столкнулся – даже директора. Но – победили все равно мы. Не важно – как, важно, что победили.

POV Клинт
Каждый день мы делаем вид, что все осталось, как прежде. Каждую ночь мы вместе – в одной постели. Она пришла ко мне в квартиру неделю спустя – после возвращения из Будапешта. Просто появилась на пороге, и я ничего не спросил – шире распахнув дверь, впуская ее.
- Клинт, - Наташа приподнимает голову, не находя меня рядом, - ты что?
- Спи, Таша, - откликаюсь я, - Я сейчас. – Мои слова, как и следовало, производят обратное впечатление, она, завернувшись в простыню, садится рядом, - Снова твой дух противоречия, - усмехаюсь я.
- Скорее – чутье, - неспешно откликается она, протягивая руку за сигаретами.
- Новая миссия – где-то в мексиканской пустыне, - лаконично сообщаю я, - Коулсон два часа назад сказал, подробности - завтра. – Нат кивает, - Хорошо. Надо бы прихватить купальник – там жарко.
- В списках – только я.
- Даже так…, - она затягивается особенно сильно, кончик сигареты на миг освещает ее лицо, - Снова – эксперименты директора. Твою мать! – у моей Нат становятся злыми – глаза - Нас все-таки собираются разделить.
- Я отвечал за тебя, пока ты была на испытательном сроке, - в моей попытке оправдать решения руководства – немного уверенности, - Это можно считать повышением.
- Считай! – она принимается мерить комнату шагами, - Считай как хочешь, Бартон, - остановившись прямо передо мной, склоняется близко, - Это – очередная долбанная проверка, потому что – ИХ – не устроили наши объяснения по миссии в Будапеште. Потому что – ОНИ – испугались.
- Мы пройдем ее, Таша, - тихо произношу я, пристально ей в глаза глядя, - если это – проверка. Мы будем играть по правилам до тех пор, пока от нас не отстанут, – она опускает голову мне на плечо, неожиданно растеряв весь свой пыл, я притягиваю ее на себя, откидываясь на подушки, - Я буду помнить, Нат, даже если тебя не будет рядом.


- Ты помнишь Будапешт? – неожиданно произносит он, перемещаясь – теперь его руки держат ее с двух сторон, не позволяя упасть.
- Мы помним его – по-разному, - улыбается в темноте она.

@темы: Clint Barton – Hawkeye, Hawkeye/Black Widow, Jeremy Renner, Natasha Romanoff – Black Widow, Scarlett Johansson, Фанфик, Фильм

Комментарии
2013-03-11 в 10:09 

Нечетный Мститель
Этот мир не похож на сказку, но и в нем все равно живут (с)
Ох, никогда не умела писать отзывы, поэтому просто поставлю Вам лайк на фикбуке. :) Мне очень понравилось.(И теперь мне очень стыдно за свои фанфики)

2013-03-11 в 10:49 

ishvaria
Жизнь это мороженное. Наслаждайся - пока не растаяло... // Желание в одной руке, дело - в другой; сожми их вместе и посмотри - сошлось ли...
Нечетный Мститель, Спасибо:)
И совершенно зря

2013-03-11 в 10:56 

Нечетный Мститель
Этот мир не похож на сказку, но и в нем все равно живут (с)
ishvaria, не за что) Всегда приятно почитать то, что видишь в мыслях, но не можешь сказать словами :) Я исправлюсь) Ведь если это кто-то читает значит это кому-нибудь надо : ))

2013-03-11 в 11:35 

ishvaria
Жизнь это мороженное. Наслаждайся - пока не растаяло... // Желание в одной руке, дело - в другой; сожми их вместе и посмотри - сошлось ли...
Нечетный Мститель, даже если никто не читает - пиши для себя. Как приятно потом как-нибудь вечерком сесть и со вкусом перечитать свои рассказки:flower:

2013-03-11 в 11:41 

Нечетный Мститель
Этот мир не похож на сказку, но и в нем все равно живут (с)
ishvaria, Как приятно потом как-нибудь вечерком сесть и со вкусом перечитать свои рассказкиО, нет спасибо. Я и так с одним сплошным фейспалмом перечитываю свое "творчество". :D Лучше я буду хорошие ващи читать

2013-03-11 в 11:44 

ishvaria
Жизнь это мороженное. Наслаждайся - пока не растаяло... // Желание в одной руке, дело - в другой; сожми их вместе и посмотри - сошлось ли...
Нечетный Мститель, ладно, договорились.:)

2013-03-11 в 11:49 

Нечетный Мститель
Этот мир не похож на сказку, но и в нем все равно живут (с)
   

Хоукай и Черная Вдова

главная